23:56 

PxS >>> Сверхъестественное - Миди

PxS
Долбоёжики. Могут всё, везде, всегда.
изображение


изображение
Спящей красавице и не снилось
изображение


Автор: profile PxS
Бета: profile PxS
Размер: миди, 9 067 слова
Пейринг/Персонажи: Пикник/Сникерс, Марс, Ронднуар, Мандерли, Эсферо и другие мимокрокодилы
Категория: слэш
Жанр: сказка
Рейтинг: PG-13 за жестокое обращение с принцами
Краткое содержание: Я — фея! Нафеячить? ©
Примечание/Предупреждения: все феи. Автор вдохновлялся Марсофеей и Шреком — чтобы был понятен масштаб трагедии было ясно, откуда ноги растут.

Рабочий день у Марса Форреста, генерального директора корпорации «Феи Motors», начался на удивление хорошо. Пожалуй, даже слишком хорошо, и вот здесь-то и следовало насторожиться. Баунти не переборщила с сахаром в кофе, Твикс-старший притащил еженедельный отчет сразу же после второго — а не после пятого, как обычно, — напоминания, а младший оповестил об удачном окончании тестирования новой, улучшенной модели крыльев. Между прочим, разработка самого Марса: имеется встроенная сигнализация и несколько режимов подсветки, включая вариант и для торжественных случаев, и для похорон — ну мало ли, что может случиться в их бизнесе? Марс предпочитал быть готовым к любой ситуации.
Этим утром даже розы под окном кабинета соизволили, наконец, расцвести, и теперь радовали Главного Крестного Фея Сладкого Королевства своими ярчайшими красными оттенками и тончайшими ароматами.
Жизнь была прекрасна, и Марс, попивающий свой идеальный кофе, даже не побоялся это признать.
А зря, между прочим. Потому что стоило усвоить, что жизнь, как и большинство представительниц женского рода, та еще суч... шутница.
— Босс, ты сильно занят? — тренькнул телефон мелодичным голоском Баунти. Марс благосклонно кивнул и ткнул в динамик волшебной палочкой, включая громкую связь.
— Не сильно. Что ты хотела? Снова уйти сегодня пораньше? Опять свидания с графом Коркуновым? — усмехнулся он. — Могу отпустить за час до конца рабочего дня.
Баунти на другом конце поперхнулась: к такой неожиданной щедрости со стороны строгого босса она не была готова.
— Э-э-э, спасибо, Марс. Но я по другому поводу. Босс, ты утреннюю газету уже видел?
Марс вздохнул. Тон Баунти ясно давал понять, что жизнь больше ни черта не прекрасна, и вообще она, как редкостная стерва, готовит ему очередную пакость.
— Нет, не видел, — осторожно отозвался Марс и прикрыл раму. Слишком уж удушливый аромат у этих роз, и кто только додумался высадить их прямо под его окнами?
Баунти что-то пискнула.
— Сейчас принесу, — наконец, оповестила она и отключилась.
Спустя минуту свежий выпуск «Сладких Новостей» был уже в руках Марса. Главному Крестному Фею даже разворачивать его не пришлось: глаз начал нервно дергаться сразу же на первой странице.
— Воды? — заботливо поинтересовалась Баунти.
— Коньяка, — прохрипел Марс, откладывая газету. Если бы на нем сейчас были крылья из новой коллекции, то они полыхали бы ярко-алым — режим «Фея в ярости, спасайтесь, глупцы!». Кто именно виноват в случившемся, Марс не сомневался ни единой секунды, потому что никто другой бы больше не сотворил такую несусветную хреноту.
Баунти кивнула и уже почти ретировалась с места назревающей катастрофы локального масштаба, когда в дверях ее нагнал грозный приказ:
— И немедленно найди мне Сникерса!

Порой Марсу казалось, что Сникерс — это его персональное наказание. Причем еще надо подумать, за какие такие именно грехи. Жизнью праведника он, конечно, никогда не страдал, но кто-то сверху был явно слишком жесток, решив послать ему Сникерса в качестве искупления. Фей-интерн вытворяемым им пиздецом умудрился затмить всех в корпорации, а ведь для этого надо было очень и очень постараться. Даже тот случай, когда работники цеха перепутали любовное зелье с бородавчатым, все равно не шел ни в какое сравнение. А ведь тогда объекты вожделения прекрасных дам мало того, что не воспылали обещанной страстью, так еще и бородавками поголовно покрылись!
Если где-то в Королевстве карета была превращена в тыкву вместе с девушкой внутри, то даже и сомневаться не приходилось, чьей волшебной палочки это дело. То же самое относилось и к бедной русалочке, которая вместо человека стала кентавром. Марс тогда отвалил нехилую сумму в качестве моральной компенсации — кто же знал, что эти пресноводные, Моргана их побери, такие чувствительные. Толпа королевских стражников, превращённых в ежей, целый шкаф поломанных волшебных палочек, три пары заклинивших крыльев, состряпанное на пару с Несквиком зелье из кактуса, по своему действию больше напоминающее качественную коноплю, регулярные жалобы и не менее регулярные попойки в пабах Королевства — Сникерс, кажется, делал все, чтобы Марс однажды заработал сердечный приступ и отправился к праотцам в самом расцвете лет.
Отобрать бы у мальчишки волшебную палочку да дать хорошего пенделя, но увы. Палочки лишать без толку — магия в Сникерсе бушует такая, что он одним взмахом руки умудряется дел натворить, поэтому лучше уж она хоть как-то контролируется. Да и к тому же Марс однажды пообещал тётушке Нутелле, что не оставит ее воспитанника даже в самую трудную минуту, а обещания, данные феем, нарушать очень и очень чревато.
Хотя вот именно сейчас Марс был близок к тому, чтобы наплевать на все обеты, а все потому что...
— ... Идиот безмозглый! — бушевал Марс, едва не хватаясь за голову. — Да как ты... Ты хоть понимаешь, что именно ты натворил?! Он же принц, черт тебя побери, Сникерс!
Исполнительная Баунти нашла Сникерса в одном из захудалых пабов где-то на самой окраине Столицы. Интерн наливался элем, жаловался на жизнь каким-то троллям и выглядел крайне несчастным — понимал, должно быть, что в этот раз ему так просто с рук ничего не сойдет. Еще бы: заколдовать королевского отпрыска — это вам не тыкву с Золушкой заколдовать, здесь простой взбучкой от Марса не отделаться. Броские заголовки «Спящий красавец: кто же усыпил принца Мандерли?» уже облетели все печатные издания Королевства.
Сникерс шмыгнул носом и пожал плечами — мол, не знаю ничего, и вообще, я не я и магия не моя.
— Мандерли сам хотел посмотреть, как я колдую, — он упрямо поджал губы. — Очень настойчиво так хотел. Ну я и показал.
Марс потер переносицу и плеснул себе очередную стопку. Докатился — спивается прямо на рабочем месте. Хотя такими темпами он скоро на этом самом месте убивать будет.
— Его Высочество Принц Мандерли — это во-первых. А во-вторых, ты не выйдешь отсюда, пока точно не объяснишь, как именно ты колдовал.
Сникерс вздохнул. Лучше бы босс спросил у него о Трех Теориях Заклинаний, он бы и то хоть что-то путное смог бы сказать. Откуда ему знать, как он колдовал? В нем же по самую маковку плескалось лучшее вино из королевских погребов, что там помнить вообще?
— Ну я... Э-э-э, — Сникерс почесал затылок, — взмахнул вот так, а он уже бац! — и дрыхнет на моем плече. Я его пытался растолкать, а Высочество ни в какую.
— Вот так взмахнул — это как? — не понял Марс.
Сникерс старательно повторил, и стопка бумаг на столе у Главного Крестного Фея вспыхнула веселеньким розовым пламенем, превращая отчет Твикса-старшего в пепел.
— Сникерс, мать твою перемать! — завопил Марс и кинулся к огнетушителю, но Сникерс с криком «Босс, я помогу!» опередил его.
Ох, в следующий раз Марс, как только Баунти притащит идеальный кофе, сразу же запрется в офисе и отключит к чертям телефон. Целее будет.
Глава корпорации, промокший аж до фирменных трусов «Calvin Klein», медленно сжал кулаки, призывая себе на помощь все терпение, какое еще осталось.
— Упс, — выдохнул Сникерс.
Увы, терпения осталось не много. Пожалуй, еще никогда персонал «Феи Motors» не видел своего босса в такой ярости. Точнее, не слышал, ибо не отличающиеся цензурностью вопли Марса оглашали весь этаж.
— А ну проваливай! И не вздумай даже появляться здесь, пока не расколдуешь Принца! Довольно с меня твоих идиотских выходок! И никакой тебе стипендии, пока не пересдашь экзамены, понял? Мне осточертело вечно прикрывать твою задницу! Ох, пресвятая Моргана, Ронднуар меня убьет!.. — Марс рухнул в кресло и с отвращением запустил в урну насквозь промокшие после «помощи» Сникерса сигареты. — Точнее, нет, не так. Это тебя он убьет, а меня просто сошлет куда-нибудь.
— Да ладно тебе, шеф, — неуверенно пробормотал пристыженный Сникерс. — Никто же не знает, кто его колданул. Да и, если честно, что-то я не уверен, что Король очень уж сильно расстроился...
Марс хмуро посмотрел на интерна. И то правда. На самом деле, дай ему волю, он бы и сам заколдовал Мандерли, но увы, такой метод воспитания применять к Их Королевским Величествам было слишком чревато для собственного «долго и счастливо».
— Пошел вон, — тихо отчеканил Марс. — И без расколдованного Принца не возвращайся.
Сникерс, хвала всем небесам, еще не окончательно растерял мозги, а уж распознавать степень угрозы в тоне босса за все это время научился не хуже, чем люди в черном инопланетян. Поэтому, понятливо кивнув, он быстро смотался, оставив после себя только блестящую синюю пыльцу и полный разгром в затопленном кабинете.

***

— Это катастрофа, — звенящим шепотом сообщил Сникерс, опрокидывая в себя уже пятую по счёту кружку эля. Эль в пабе «У Лукума» был очень и очень неплох, поэтому Сникерс, в свою очередь, был уже очень и очень пьян. Настолько пьян, что даже умудрялся не замечать пышных прелестей Милки, которая заботливо предоставила свою персону в качестве внимательной жилетки. — Понимаешь, Милка, Ка-таст-ро-фа. Вот прямо так, раздельно и с большой буквы. Марс меня убьет! Или превратит в тыкву, что почти то же самое, что убьет.
Милка участливо похлопала несчастного интерна по плечу и поправила прелести, чтобы Сникерсу было мягче утыкаться в них носом. Персонал этого паба, что ни говори, всегда был на высоте.
— Ну-ну, Сникерс. Неужели все настолько ужасно? Давай, расскажи хотя бы для начала, что произошло.
Сникерс горестно всхлипнул, наглядно демонстрируя всю степень творившегося в его жизни пиздеца. И ведь ни разу не переиграл. Пиздец был настолько впечатляющий, что хоть сам себя в тыкву превращай: все лучше, чем боссу под палочку угодить. Потому что спустя почти две недели несчастный фей был готов не только заново пересдать все волшебные экзамены, но и пить бросить, и Несквика из списка контактов удалить, и дорогу перелетать только в положенном месте, и даже пообещать никогда не материться — в общем, все что угодно сделать, лишь бы это помогло как-нибудь расколдовать младшего королевского отпрыска.
Бессонные ночи, проведённые за учебниками («Прикладное волшебство: машем палочкой, не призывая торнадо», Вдохновение), привели Сникерса к неутешительному выводу. А именно — он долбоеб. Долбоеб и неудачник. Потому что заколдовать Его Высочество Мандерли так, что тот теперь может очнуться только от поцелуя настоящей любви, — это суметь надо. Да такого заклинания не существует даже! Впору запатентовывать, хотя Сникерс не был уверен, что его творение будет пользоваться большим спросом. Да и вспомнить бы еще для начала, как именно он колдовал и в какие стороны с какой силой палочкой махал.
Одним словом — долбоеб.
— ... ну вот как я ему буду любовь эту самую искать, если он дрыхнет? Да и характер у него, скажу я тебе... Короче, стерва он. Какая к хуям любовь?
— Знаешь, Сникерс, даже в стерв порой влюбляются, — сказала Милка таким глубокомысленным тоном, что Сникерс невольно посмотрел на нее с уважением: наверное, много дел она со стервами имела. — Не расстраивайся. Хочешь, я попробую помочь? Поцеловать этого твоего Принца.
Сникерс только удрученно помотал головой.
— Не. Милка, ты, конечно, богиня, но Его Высочество, насколько я понял, по богам. Представляешь, какая подстава?
Милка понимающе кивнула. Все-таки золото, а не женщина.
— Нет, тут нужен кто-то такой... Чтобы ух! Чтобы вот прям... Даже сквозь сон на любовь прошибло. Вот где я такого найду?
— Ох, черт!.. Прошу прощения, — кто-то толкнул его в плечо, и он опрокинул на себя остатки драгоценного эля. Наверное, судьба решила быть для Сникерса окончательной сук... злой дамой.
— Вот же невежа неаккуратный, — запричитала Милка, вскакивая и принимаясь промокать рубашку и штаны Сникерса салфетками. Взгляды, которые при этом кидали на него близ сидящие, были полны неподдельной зависти пополам с неодобрением: мол, тут такая девушка его чуть ли не за достоинство хватает, а он, дурак форменный, ушами хлопает!
Но Сникерсу было не до того. Прелести Милки, безусловно, заслуживали безраздельного внимания, но сейчас его пристальный взгляд был прикован к совсем другим... выдающимся местам.
Точнее, одному конкретному месту.
— О мой Бог, — пьяно выдохнул Сникерс, растекаясь по столу безвольной лужицей. — Вот это задница.
— В каком смысле? — вытаращила глаза Милка.
— Задница, говорю, божественная. Прямо созданная быть с Его Высочеством.
— Сникерс...
Кажется, Милка пыталась сказать, что это не особо хорошая идея. Кажется, даже пыталась остановить. Но Сникерс уже решил, что судьба повернулась к нему если не лицом, то хотя бы полубоком, и целенаправленно двинулся к толкнувшей его Божественной Заднице с одним вполне конкретным предложением.
Правда, Божественная Задница предложение не оценил. Ну или не понял, что тоже вполне вероятно, потому что пьяный фей заплетающимся языком смог выдать только что-то очень похожее на «Не хтитили облобзать Спщу Крсавцу?». Все-таки после почти недели вполне себе трезвенного образа жизни лучший эль в Сладком Королевстве сбивал с ног.
Причем, кажется, в прямом смысле этого слова. Потому что последнее, что сумел запомнить Сникерс, — это то, как стремительно дощатый пол рвется встретиться с его лбом.
***

Если и была у Сникерса какая-то волшебная способность, помимо, конечно, плохо поддающейся контролю магии — исключительно из-за индивидуальных качеств, а не из-за раздолбайства! — то она заключалась в том, что он практически никогда не испытывал похмелья. После даже самой грандиозной пьянки, да даже после кактусов Несквика и кальяна Скиттлза Сникерс был всегда огурцом. И нет, не зеленый и в пупырышек, а свежий и бодрый, как апрельский ветерок, как лесной ручей, как... Да, побочный эффект в виде излишней восторженности имел место быть.
В общем, этим утром — утром ли? — Сникерс свою чудесную волшебную способность утратил и сумел, наконец, оценить все прелести похмельного синдрома.
— Бля-а-адь, — простонал он, хватаясь за виски, — что ж так плохо-то, Моргана меня раздери!..
— Еще бы тебе не плохо было, — хмыкнул где-то сбоку незнакомый голос. — Ты же был пьян, как фортепьян.
Сникерс лениво приоткрыл один глаз, тут же обматерив слишком яркое солнце, слишком громко щебечущих птиц и слишком наглого кого-то, кто так бесцеремонно распахнул окно в трактирной комнате.
— Ты кто такой? — сипло вопросил Сникерс, приподнимаясь.
— Ну, вчера ты назвал меня... Эмм, Божественной Задницей, если я не ошибаюсь.
Желание послать весь мир за тридевять чертей пропало сразу же. Сникерс подскочил, выругался далеко не мысленно и вытаращил глаза на незнакомца.
Если вчера довелось убедиться только в идеальности филейной части, то сейчас Сникерс удостоверился в том, что и все остальное тоже не подкачало. По его мнению, в этот крепкий подбородок вполне можно влюбиться. Так же, как и в фигуру, и в сильные руки, и в кривящиеся в ухмылке губы.
— Что ты ржешь? — хмуро буркнул Сникерс, поднимаясь. Тело тут же предательски запротестовало, выразив свое недовольство головокружением и трясущимися коленками.
— Да нет, ничего, — хмыкнула будущая Большая И Чистая Любовь Его Высочества, — просто всегда мечтал увидеть фею, и тут на тебе. Такой... любопытный экземпляр.
— Откуда ты знаешь, что я фей? — удивился Сникерс. Крылья он вроде не выпускал, а палочка вон, в нагрудном кармане мешается. Ну не колдовал же он стихийно? Вроде разрушений вселенского масштаба в радиусе десяти метров не наблюдается.
— Твоя подруга сказала, — развеял его сомнения Божественная Задница.
— Какая подруга? — не понял сначала Сникерс, но тут память решила услужливо подсунуть ему все события вчерашнего — ну, вчерашнего же? — вечера. — Ой, бля-а-адь...
— Что такое?
— Что она тебе еще сказала?
— Что Его Высочество Мандерли дрыхнет уже какой день по твоей вине и ты ищешь способ его расколдовать, — охотно сообщил незнакомец и тут же ехидно ухмыльнулся. — Так значит, то предложение с поцелуем не про тебя было?
Сникерс сначала даже не понял, о чем речь. А когда понял, испуганно замахал руками, открещиваясь.
— Сбрендил, что ли? Нет, конечно, нахера мне твои поцелуи сдались?
Нет, нет, все, он бросает пить. Разболтать тайну королевской важности, от которой зависело, будет он коротать остаток жизни в обличье тыквы или нет, — это же надо так лохануться.
— Так, стой. Погоди, — до Сникерса со сна все и так туго доходило, а тут еще и похмелье, будь оно неладно. — То есть, ты согласен поцеловать Мандерли, да? Поэтому ты здесь?
Надежда робким лучиком поднялась где-то в душе, но тут же была безжалостно растоптана фырканьем несостоявшегося спасителя.
— Нет, конечно, нахера мне твои поцелуи сдались, — ах, он еще и издевается! Сникерс мрачно зыркнул на веселящегося парня, гадая, что бы ему наколдовать такого заковыристого. Уши, наверное. Кошачьи.
— Ну и какого хуя ты тогда тут делаешь?
Тот только рожу скорчил в ответ на вопрос растерявшего последние остатки любезности Сникерса.
— Ты вчера, пока падал, граблями своими размахивал так, что запульнул каким-то заклинанием в мою сумку, — наконец соизволил объяснить он. — Так что, давай-ка, расколдовывай. У меня там все деньги и все вещи. Были.
— А сейчас что?
Божественная Задница лишь молча протянул ему сумку. Сникерс заглянул внутрь и присвистнул. Солома.
— Э-э-э...
— Что «э-э-э»? Возвращай давай, как было, — требовательно сложил руки на груди парень.
Сникерс притих. Оказывается, этот Королевский Идеал мог выглядеть очень даже грозно, настолько грозно, что он всерьез поверил, что жизнь окончит скрученным в бараний рог.
— Э-э-э, — снова повторил он, краснея под пристальным взглядом, — а я не могу.
— То есть как это — не можешь? — отчеканил Божественная Задница.
— Ну, я же пьяный был. В стельку. В общем, я даже не помню, что вообще колдовал, а уж как колдовал — тем более... — Сникерс медленно затих, отступая на всякий случай ближе к окну. Если будут бить — сиганет прямо вниз. Главное крылья успеть расправить, а то назревал еще один вариант преждевременной кончины.
Бить его никто не стал. Вместо этого незнакомец сердито потряс головой и опустился на кровать.
— Да что ж ты, блядь, за фея-то такая?
— Фей, — поправил его Сникерс, — и я еще не совсем фей. Я интерн.
— Я не волшебник, я только учусь?
— Что-то типа того, — согласился Сникерс и осторожно присел рядом.
Внутри что-то неприятно копошилось. Дурацкое такое чувство... Он вдруг с ужасом понял, что это, кажется, совесть.
Ну надо же, явилась!
— Что, много всего я заколдовал, да? — пристыженно спросил Сникерс, стараясь не смотреть на сумку, из которой немым упреком выглядывала солома.
— Порядочно, — сухо отозвался Божественная Задница.
И тут Сникерсу пришла в голову идея. Собственно, идея-то пришла ему еще вчера, когда он узрел, прости Моргана, задницу этого парня, но сейчас она окончательно сформировалась и стала гениальной. Ни больше ни меньше.
— Ну так пошли Принца целовать! — воодушевленно воскликнул Сникерс. — Ты даже не представляешь, сколько Король за его пробуждение денег тебе отвалит. Ну а если с поцелуями все устаканится, то вообще поженит. Да ты только прикинь — и вернешь себе то, что я заколдовал, и любовь вечную организуешь. Смекаешь?
Судя по ошалелому виду парня, смекал он очень медленно.
— Смекаю, — наконец ответил он, подумав, — но какая к черту вообще любовь, если я этого вашего Высочества не видел даже?
— О, поверь мне. Чтобы влюбиться в Принца Мандерли, его и видеть не надо, — Сникерс очень надеялся, что за такое вдохновленное вранье его не разразит молнией прямо на месте.
— И вообще, я по дамам, — снова с сомнением покачал головой парень.
— Да Морганы ради! Целуй Принца, забирай вознаграждение и требуй любую фрейлину. Ну, давай же, признай, что план гениальный.
Божественная Задница его энтузиазм не разделял от слова совсем. Но, видимо, в его сумке действительно было немало денег, потому что через минуту он только махнул рукой и кивнул.
— А, ладно, веди. Надеюсь, Принц твой недалеко почивает?
***

— Сколько-сколько дней пути?
Незнакомца с Божественной Задницей, как оказалось, звали Пикник. И он совершенно не ожидал, что до Его Высочества Мандерли аж три дня пути верхом. На автоматизированной карете куда быстрее, конечно, но увы: Сникерс — бедный фей-студент, а у Пикника все деньги теперь только на корм лошади годятся.
— А что так долго-то? — снова удивился Пикник, глядя, как вдалеке развеваются флаги на шпилях королевского дворца.
Сникерс проследил за его взглядом и махнул рукой.
— А. Так Мандерли в Летнем Дворце спит.
— Почему?
— Понятия не имею, — Сникерс пожал плечами с самым невинным видом, на который только был способен. — Королевские причуды, что с них взять.
Ну не говорить же предполагаемому жениху Принца и по совместительству его, Сникерса, спасителю, что Его Величество Ронднуар наверняка распорядился увезти спящего Мандерли куда подальше лишь затем, чтобы не наблюдать его капризы, когда тот проснется. О далеко не сладком характере Принца давно ходили легенды по всему Сладкому Королевству, и Сникерс готов был сделать все возможное, чтобы Пикник этих легенд нигде не наслушался.
— А он не храпит часом? — подозрительно спросил Пикник.
— Не, ну что ты! — деланно ахнул Сникерс. — Принцы не храпят.
Пикник, кажется, готов был поспорить, но, к облегчению Сникерса, все-таки не стал этого делать. И хорошо, ибо в своем заверении тот вовсе не был уверен.
Когда они после завтрака («Рассольник мне! И больше ничего») спустились в конюшни трактира, солнце уже медленно ползло на середину неба. Сникерс поморщился и натянул ворот рубашки прямо на нос: дивное амбре ударяло в голову с такой силой, что он в который раз за последний час пообещал себе бросить пить. Совсем. И даже по праздникам.
Пикник же, подлец такой, был бодр и свеж, как запотевший стакан пива, о котором Сникерсу оставалось только мечтать. Он быстро прошел к крайнему стойлу и потрепал по холке гнедого коня.
— Вот, — гордо сказал пока-еще-не-жених, — это Буревестник.
Сникерс мрачно оглядел коня. И готов был поклясться, что тот ответил ему взглядом, полном ехидного высокомерия.
— Что-то не похож он на Буревестника, — буркнул Сникерс.
— Эй! — возмущенный возглас Пикника прозвучал аккурат в унисон с не менее возмущенным ржанием.
— Ладно-ладно, молчу, — Сникерс трезво расценил, что критиковать любимую лошадку того, от кого, вроде как, зависит его дальнейшая относительно беззаботная жизнь — не самая умная идея.
Пикник взял коня под уздцы и вывел из стойла.
— А твой конь где?
— Мой? — растерялся не ожидавший такого вопроса Сникерс. — А я не на коне.
— Так ты же говорил, что три дня пути верхом.
Сникерс гордо вздернул острый подбородок.
— Я, к твоему сведению, фей. Мне всякая четвероногая обуза... ай! Хватит ржать, уйми своего Вестника, — Сникерс обиженно потер ягодицу, по которой его хлестнул хвостом конь, и на всякий случай отошел в сторону, — так вот, мне лошади не нужны. У меня крылья есть!
И в подтверждение своих слов Сникерс гордо выпустил полупрозрачные синие крылья, искрившиеся в солнечных лучах яркими блестками.
— Гламурненько, — оценил Пикник.
— Иди нафиг, — обиделся за крылья Сникерс.
Крылья, между прочим, были его гордостью: уж в чем в чем, а в полетах он был хорош как никто другой. В Академии Фей даже первое место по волшебному паркуру занимал — так, к слову.

На выходе из трактира Сникерс купил карту Королевства. Телефон Пикника он заколдовал вместе с кровными, у него самого GPS сдох еще месяц назад, а дорогу к Летнему Дворцу, как выяснилось, не знал ни один из них.
— Ладно я, — хмыкнул Пикник, седлая своего Буревестника и медленно трогаясь в сторону городских ворот, — я не местный. Но ты-то как собрался свою жертву спасать, если даже дорогу до него не знаешь?
— Все я знаю, — отмахнулся Сникерс. — Просто я забыл.
— Ну-ну.
Он готов был поклясться, что слышал, как Пикник пробормотал ему вслед что-то очень похожее на «горе луковое, а не фея», но решил не заострять на этом внимание. В конце концов, превратить его в огородное пугало он всегда успеет.
Ветерок ерошил растрепанные волосы и приятно холодил крылья. Сникерс с удовольствием расправил их в полную длину и сделал в воздухе сальто, не удержавшись от восторженного «Охуенно!». Эх, видели бы его сейчас экзаменаторы, а еще лучше — Марс. Никудышный фей, никудышный фей... Вот вам и никудышный.
— Эй! — Сникерс оглянулся. Оставшийся позади Пикник возмущенно махал рукой. — Не мельтеши, а. Потеряешься же.
— Не потеряюсь, — хмыкнул Сникерс, подлетая назад и зависая теперь прямо над Пикником. Буревестник беспокойно замотал головой, явно не пребывая в восторге от такого соседства. — Сейчас на север.
— Летний Дворец на севере?
Сникерс снова сверился с картой.
— Ну да.
— Дай сюда, — и Пикник бесцеремонно отобрал карту у зазевавшегося Сникерса. — Ты как вообще смотришь? Она же перевернута у тебя была. Нам на запад, в сторону леса.
Сникерс открыл было рот, чтобы поспорить — нет, ну в самом деле, его, фея, учить тут вздумали! Но, быстро вспомнив, что именно из-за своих волшебных неудач он летит сейчас черт знает куда в компании все-еще-почти-незнакомца, заткнулся.

Понятное дело, что надолго молчания Сникерса не хватило. Он вообще молчал только во сне, да и то не всегда.
— Ты сказал, что не местный? — подлетел он к Пикнику, когда они достигли границы леса. — А откуда ты?
Пикник искоса посмотрел на него.
— Знаешь, что оторвали любопытной фее?
— Фею! Я — фей. И да, я вроде как должен знать, нет? Ты — возможный будущий супруг моего возможного будущего правителя.
Пикник вместе с Буревестником чуть не споткнулись от такого заявления. Логичного, между прочим.
— Ну так как?
— Я с южных границ, — снизошел, наконец, до рассказа Пикник. — Из одного маленького городка. Долгое время работал там у кузнеца, но вот накопил, наконец, себе на путешествие. В ваши доки направлялся. Так что твой вариант с женитьбой пролетает.
— Почему пролетает? — удивился Сникерс. — Ты только представь. Влюбишься, женишься — и у тебя будет целый флот в твоем полном распоряжении. Путешествуй — не хочу.
Пикник посмотрел на него исподлобья. И громкое фырканье Буревестника выразительности взгляду очень даже прибавило. Вот скотина хвостатая! Сникерс готов был биться об заклад, что конь его сейчас своим ржанием обматерил.
— Ладно, понял, ерунду сказал, — вынужден был признать Сникерс.

— Какой он хоть, принц этот твой? — в этот раз молчание нарушил уже Пикник.
Лес начался как-то слишком внезапно. Раз — и уже не слышно привычного шума Столицы с ее громкими клаксонами, музыкой и ежечасным боем курантов, только тишина и треск веток под копытами Буревестника. Ну еще и Сникерс сам старался, сбивая руками с деревьев листья, шишки и зазевавшихся белок.
— О, — Сникерс эффектно снизился и завис в воздухе аккурат на уровне Пикника, — Мандерли, он... Ну, его все любят. Красивый — закачаешься! Девчонки, по-моему, уже даже фанклуб организовали. Слышал, что они ему трусики ему на балкон закидывать умудряются! Представляешь? А дворец ведь охраняется вроде как.
— Ну да, характеристика что надо, — захохотал Пикник.
Сникерс понял, что его унесло куда-то не в ту степь, и принялся вдохновенно врать дальше.
— Учился в Оксфорде. Или в Гарварде, — тут же поправился, так и не вспомнив, какой университет престижнее. — В общем, где-то там. Играет на мандолине, бегло говорит на семи языках, в том числе и на иврите, имеет разряд по спортивной гимнастике. Организовал благотворительный фонд для детей-сирот и фонд помощи лемурам с Мадагаскара. А еще он старушек через дорогу переводит. Клянусь, я сам видел!
Ох, Сникерс очень надеялся, что Его Высочеству там икается во сне! Так вдохновенно он еще никогда не врал. Да за такую репутацию Принцу его уже наградить должны, между прочим.
Вот только Пикник впечатленным не выглядел от слова совсем. Более того, он выглядел как человек, который осознает, что ему лапшу на уши вешают. Сыскался же проницательный такой, чтоб его.
— На мандолине и иврите, говоришь? Круто.
— Он еще и на балалайке может, — робко добавил Сникерс, но в ответ получил только молчание и глубокомысленное ржание коня.

К вечеру, когда солнце позолотило верхушки деревьев, Сникерс вынужден был признать, что его решение преодолеть путь исключительно на собственных крыльях было, мягко говоря, поспешным. Поясницу после нескольких часов полета ломило так, что хоть сейчас к знахарю, и скорость уже оставляла желать лучшего.
Как и траектория.
— Ты что там хрипишь? — удивленно обернулся Пикник. Сникерс как раз потирал шишку, которую набил о ветку дуба, не успев вовремя увернуться.
— Ничего, — буркнул в ответ Сникерс. Признаваться в собственных слабостях очень уж не хотелось, не для того он пируэты перед Пикником нарезал.
— Устал лететь?
А в проницательности бывшему кузнецу, вот точно, не откажешь.
— Нет, конечно. Просто солнце в глаза слишком ярко светит, вот я и снизился, — уверенно заявил Сникерс, но, встретив насмешливый взгляд, вздохнул: — Ну устал. Я раньше не летал так далеко. Эх, сейчас бы в карету... Да еще и с водителем.
— Карету, конечно, не предоставлю, но подвезти могу, — предложил вдруг Пикник.
Не ожидавший такой щедрости Сникерс чуть снова в ствол не врезался.
— Э, нет, — с опаской покачал головой он, — меня же твоя животина, кажется, на дух не переносит.
— С чего ты взял? — удивился Пикник.
Буревестник ответил ехидным ржанием. Действительно, с чего это?
— Ну, как знаешь, — пожал плечами Пикник и снова пришпорил коня.
Еще через пятнадцать минут мучений и пару лишних ссадин Сникерс сдался.
— Ладно, — жалобно взвыл он, подлетая ближе, — не могу больше, сейчас крылья нафиг отвалятся!
— Горе-фей. Ладно уж, приземляйся.
Никогда раньше Сникерсу не доводилось ездить на лошади. Ну, не сложилось. Зачем, если тетушка Нутелла водила карету, а в пятнадцать он уже получил собственные крылья? Поэтому проблемы начались незамедлительно.
— Ну? — Пикник нетерпеливо выгнул бровь. — Чего завис?
— Прицеливаюсь, — ляпнул Сникерс. — А куда, сзади или спереди?
— Сзади целься, так удобнее, — серьезно ответил Пикник.
Буревестник повел ушами и вдруг щёлкнул хвостом. Сникерс чуть не кувыркнулся в воздухе от испуга.
— Да не съест он тебя, — закатил глаза Пикник и потрепал коня по шее. — Он мирный.
Сникерс готов был поспорить с этим заявлением. Громко так, с аргументами. Но вряд ли это была хорошая затея — спорить о характере того, кому хочешь взгромоздиться на спину, поэтому он умолк и осторожно полетел вниз.
Буревестник вовсе не деликатно переступал с ноги на ногу, пока Сникерс, поджав от усердия губы, устраивался за спиной Пикника.
— Полегче, — ойкнул Пикник. — Раздавишь же.
И Сникерс вдруг сообразил, что вцепился в его талию с такой силой, что Пикнику, наверное, дышать стало тяжело.
Да уж. Неловко вышло.

— Где там ближайшая гостиница? — высунул нос из-за плеча Пикника Сникерс, пытаясь заглянуть в карту.
— Да черт его знает, — дёрнул тем же плечом Пикник, едва не двинув Сникерсу в челюсть. — По идее, уже должны были добраться.
Сникерс огляделся. Нет, определенно, непролазная чаща, по которой они медленно брели, не располагала к нахождению в ней уютных трактиров.
— Сейчас, погоди.
Сникерс вытащил из нагрудного кармана волшебную палочку. Раньше таскал в кармане брюк, но после одного не слишком приятного случая, в котором фигурировали стихийный выброс магии и собственный детородный орган, он больше так опрометчиво не поступал.
— Так видно? — Сникерс помахал палочкой, зажигая на ее кончике декоративную звезду.
— Вполне. И у меня для тебя две новости.
— Хорошая и плохая?
— Я разве так сказал? Просто новости.
— Окей, — приуныл Сникерс, — а какие?
— Ну, — Пикник свернул карту и убрал ее в сумку, — трактир с комнатами мы проехали уже давно. Возвращаться смысла нет.
— А вторая?
— А вторая: нам выпал отличный шанс попрактиковаться в скаутских умениях.

Костер удалось развести только с четвертого раза. В первый раз Сникерс перепутал заклинания и залил сухие ветви водой, во второй — выпустил из палочки яркий сноп разноцветных искр, устроив посреди леса незапланированный фейерверк. Красиво, конечно, и вполне себе эффектно, но Пикник явно не оценил. И Сникерс его даже винить в этом не мог.
В третий раз сами ветви оказались сырые, зато со следующей попытки занялось ровное пламя.
— Йес! — завопил Сникерс, победно вскинув кулак. — Ай да я! Ну не умница ли?
— Не умница, — фыркнул Пикник, привязывая к стволу Буревестника, — не прошло и года.
— Не бурчи, — отмахнулся Сникерс. Он уже растянулся на траве, поближе к огню, и почувствовал если не полное довольство жизнью, то по крайней мере что-то похожее. Еще бы. Он наконец-то принял горизонтальное положение! Его наконец-то не трясет, не укачивает, никто не пытается скинуть его на землю и задеть тяжелым хвостом. Это ли не счастье?
Живот жалобно заурчал, напоминая о том, что с утра в нем не было и маковой росинки. Поэтому пришлось с горечью признать — нет, все-таки не счастье.
— Держи, — Пикник повалился рядом и сунул Сникерсу шуршащий пакет с сухарями. Со вкусом бекона, между прочим. — Хорошо, что ты все-таки горе-фей, и на боковой карман твоя магия не распространилась.
Наверное, в первый раз Сникерс был рад своей нерадивости.

— А что там твои скаутские познания советуют в том случае, когда околел так, что даже носа не чувствуешь? — простучал зубами Сникерс.
Огонь потух давно, и разжечь его заново не получилось. И нет, вовсе не потому, что Сникерс — фей от слова хуе... худо, а потому, что подниматься и заново собирать ветви для костра лень было обоим.
— Огонь разжечь, — в такт ему простучал Пикник.
— А еще?
— Спать в обнимку.
— Что? — обалдел Сникерс.
— Бестолочь. Это же элементарно.
— Да ну нахуй, — потряс головой Сникерс и плотнее закутался в куртку.

Впрочем, уже минут через десять он, наплевав на принципы и то, что может запросто получить по ребрам, подполз ближе. И еще ближе. И еще, пока не уткнулся носом Пикнику в плечо.
Пикник, сонно вздохнув, закинул на него тяжелую руку, и только тогда Сникерс перестал трястись и закрыл, наконец, глаза.







изображение



изображение

изображение

@темы: Тема 3: сверхъестественное, Команда Пикник/Сникерс

Комментарии
2014-08-28 в 23:57 

PxS
Долбоёжики. Могут всё, везде, всегда.
Читать дальше

2014-08-28 в 23:58 

PxS
Долбоёжики. Могут всё, везде, всегда.
Читать дальше

2014-08-28 в 23:58 

PxS
Долбоёжики. Могут всё, везде, всегда.
Читать дальше

2014-08-29 в 01:39 

Кошшарик
Всё, что ни делается – к лучшему. Даже если сначала так не думаешь.
Отфеячил, ничего не скажешь :-D Здорово, чудесная работа, позитивная до безобразия. И ёжи, куда ж без них :)

2014-08-29 в 14:03 

Долбоежский Скейт
Satisfies.
KosharikWildCat, Отфеячил, ничего не скажешь
По полной программе отфеячил :vict:
И ёжи, куда ж без них
Они наш талисман, без них никуда)
Рады, что работа понравилась!

2014-08-30 в 12:30 

Спинозавр
крлс, крлс, не пркрлс
РИБЯТАААААААААААААААААААА
НЕТ ТАКИХ СЛОВ ВОСТОРГА
КАК НАЧАЛ ОРАТЬ С ПЕРВЫХ СТРОК
ТАК И НЕ ЗАТЫКАЛСЯ
БОЖЕ ЭТО ЧУДО РАСЧУДЕСНОЕ СПАСИБО ВАМ ЗА НЕГО

2014-08-30 в 16:31 

Soleillo
Все намного проще и чуть сложнее.
Божечки!
Оно прекрасно! Невероятно позитивно и солнечно!:love:
Только один вопрос - почему по нему нет артов? Или комикса? Такого добротного комикса, в ...цать страниц, чтоб уж наверняка и всем додать.:laugh:
Эх! Им бы эту дорогу продлить, томов эдак на 5."замечталась, замечталась":shy:

2014-08-30 в 19:27 

Opossum-art
И пока эта сцена ненавязчиво перетекает в каннибализм, мы поговорим о бабочках ©
Этот текст просто полностью прекрасен! начиная от названия и краткого содержания и кончая... ВСЕМ! :-D
Фей-Сник прекрасен (особенно, если держаться от него на расстоянии)))
Пикник - настоящий герой, спасающий принцев и феев, попавших в беду! :heart:
Ронд и Марс aka "дружба forever" - это такой приятный сказочный бонус! :lol::lol:

в общем, отличненько поднимает настроение, спасибо вам! :red:

2014-08-30 в 19:54 

Спинозавр
крлс, крлс, не пркрлс
почему по нему нет артов?
поддерживаю вопрос
горю прост - так хочу видеть фея-Сника

2014-08-30 в 22:39 

Сияющая шпага
:inlove::inlove::inlove::inlove::inlove::inlove:
Сникерс с крылышками и волшебной палочкой:inlove:
Буревестник и его хозяин:inlove:
Спящий Мандерли:inlove:
Превращение в ежей:inlove:
«Ронд и Марс = дружба forever»:inlove: они засовывали новеньких в мусорные контейнеры, макали головой в унитаз ботаников и прогуливали пары на заднем дворе Королевской Академии :lol:
Автор:squeeze::squeeze::squeeze:

2014-08-30 в 23:15 

Долбоежский Скейт
Satisfies.
Спинозавр, :lol::heart: СПАСИБОООО РАДЫ ЧТО ТАК ЗАШЛО! :squeeze:
А арты ещё будут, но уже не на АММ xD

Soleillo, спасибо большое! :squeeze:
Только один вопрос - почему по нему нет артов? Или комикса? Такого добротного комикса, в ...цать страниц, чтоб уж наверняка и всем додать.
Сами хотим! :lol: На АММ уже не успелось но вообще артов к этому фику и по этой АУ точно стоит ждать, я гарантирую это! :-D
Эх! Им бы эту дорогу продлить, томов эдак на 5."замечталась, замечталась"
Эх, какие прекрасные мечты... Передадим автору обязательно - а вдруг! :gigi::shy:

Opossum-art, спасибо, рады повеселить! :heart: Очень четкая характеристика Прекрасностей! :lol::heart:
особенно, если держаться от него на расстоянии))
И особенно если вы не Марс xD Пропорциональная шкала прекрасности Сникерса - если вы Пикник, то чем ближе, тем он прекрасней, если вы Марс, то наоборот - чем дальше, тем лучше :-D


Сияющая шпага, все сердца и поцелуи аккуратно передадим автору, спасибо! :squeeze::heart: Это совершенно прекрасные вещи, да :crazylove:

     

Assorti Mini Massacre

главная